Әтнә таңы

Әтнә районы

18+
2024 - Гаилә елы
Авыл хуҗалыгы

Илгиз Хайруллин, племзавод им. Ленина: «Самое главное не надои молока, а сохранение деревни»

Председатель колхоза с 95-летней историей о борьбе за кадры, хитрых коровах и поддержке МСХП РТ

«Сейчас наших работников переманивают в город, обещая зарплаты в 150 тысяч рублей. При этом обратного потока нет, никто не приедет сюда из города и не сядет на трактор. Казань просто вытягивает у нас людей», — рассказывает председатель сельхозкооператива племзавод им. В.И. Ленина Илгиз Хайруллин. Несмотря на все сложности, за 34 года руководства колхозом Илгиз Вильданович и его команда увеличили производство молока с 3,5 тонны до 50 тонн в сутки, а в помощь дояркам привезли роботов из Нидерландов. О том, чем живет колхоз с 95-летней историей, как кооператив помогает сельчанам и в чем заслуга минсельхоза РТ, — в нашем материале.

За 34 года руководства колхозом Илгиз Вильданович и его команда увеличили производство молока с 3,5 до 50 тонн в сутки, а в помощь дояркам привезли роботов из Нидерландов

«Первоначальная задача — это сохранить деревню»

В село Нижняя Береске Атнинского района корреспонденты «БИЗНЕС Online» приехали в начале июня. Председатель сельскохозяйственного производственного кооператива (СХПК) племзавод им. Ленина Илгиз Хайруллин встретил нас и сразу же повез с экскурсией по селу, чтобы гости прочувствовали, как живет и чем дышит Нижняя Береске.

«Нижняя Береске — старое поселение. По надгробным камням на кладбище установили, что деревне почти 600 лет. Сейчас в ней 300 дворов. В селе — две мечети, одну построили в 1994 году (речь о деревянной мечети на ул. Чишмяле, 1а — прим. ред.), а вот это первая в Татарстане каменная мечеть, построенная в 1769 году. Когда в 1767 году в Казань приезжала Екатерина II, к ней обратился наш односельчанин-купец, владелец земель и фабрик Ибрагим Бурнаев с просьбой разрешить построить каменную мечеть. Екатерина дала устное разрешение», — рассказывает Илгиз Вильданович о жемчужине села.

Он везет гостей по Нижней Береске, и в его рассказах чувствуется любовь к родным местам. Неудивительно: племзавод является своего рода «градообразующим» предприятием для села. Кооператив, который Илгиз Вильданович называет по старинке «колхозом», ведет социальную работу: помогает с асфальтированием дорог, ремонтом, благоустройством. Только после экскурсии и рассуждений о судьбе деревни мы приехали в святая святых — молочную ферму. Производство молока — основной вид деятельности племзавода.

— Илгиз Вильданович, расскажите, пожалуйста, об истории создания кооператива. Когда он был образован, какие активы — земля, строения, поголовье — составили его основу?

— Кооператив был образован в 30-х годах прошлого века, ему уже 95 лет. Я являюсь председателем СХПК племенного завода им. Ленина с 1990 года, с года, когда образовался Атнинский район. Сохранение и процветание всех сельскохозяйственных предприятий в Атнинском районе — огромная заслуга главы Габдулахата Хакимова.

Площадь сельхозугодий — 8,2 тыс. гектаров, из которых пашни — 6,8 тыс. гектаров. Вся эта земля обрабатывается, засевается. Выращиваем ячмень, пшеницу, горох, рожь, кукурузу. Бо́льшая часть урожая зерновых уходит на корм скоту, часть продается сотрудникам хозяйства для ведения личных подсобных хозяйств.

Мясо-молочное животноводство для нас — основное направление работы. Качественные основные корма — залог здорового поголовья. Например, первый укос трав выше других по питательности и количеству протеина. Если собрать его вовремя, то закупишь меньше шрота — соевого, рапсового.

Фактически племенной завод остался тем же колхозом, каким он был, с теми же идеями и принципами работы. Наша первостепенная задача состоит не в том, чтобы собрать больше надоев молока и собрать больше урожая, а в улучшении условий труда и жизни людей, но самое главное — сохранение деревни. Мы живем в такое время, когда может наступить точка невозврата по проблеме жизни села, и только решения на уровне правительства помогут остановить отток населения из сел и деревень.

«Площадь сельхозугодий — 8,2 тыс. гектаров, из которых пашни — 6,8 тыс. гектаров»

— И все же кооператив шагнул далеко вперед. Например, насколько знаю, у вас полностью роботизированная молочная ферма. Как удалось поставить дорогостоящее оборудование?

— Да, на сегодня у нас два роботизированных коровника с 14 роботами нидерландской фирмы Lely и «Европараллель», рассчитанные вместе на 1,6 тысячи голов дойного стада, роботизированный телятник. Общая сумма инвестиций составила 900 миллионов рублей, причем за счет собственных средств.

Но без поддержки министерства сельского хозяйства и продовольствия республики (МСХП РТ), думаю, мы бы такого результата не достигли. В свое время получили субсидии на модернизацию ферм: на приобретение оборудования по программе «30 на 70» от МСХП Татарстана, федеральные субсидии в 25% на строительство молочного комплекса. За приобретенные 600 голов нетелей также была получена субсидия.

Мы рады, что своевременно успели роботизировать доение. Это, конечно, очень комфортная технология: качественное молоко высшего сорта мы получаем именно на роботах. Если на привязи корова дает 26 литров, на «Европараллели» — 30 литров, то на роботах Lely корова дает в среднем 35 литров на голову. Среднедневной надой молока по хозяйству — 30 литров.

— Как роботы могут повлиять на продуктивность?

— Коровам никто не мешает: хотят — лежат, отдыхают, хотят — едят. Навоз убирают дельта-транспортеры, которые проходят по коровнику каждые 3 часа. Работают огромные вентиляторы, их работа регулируется в зависимости от температуры окружающей среды, поэтому в помещении коровника намного приятнее, чем снаружи в +33. Нужно корове доиться — она доится. Процесс полностью автоматизирован: на каждой корове есть ошейник с датчиками, когда она подходит к доильному аппарату, робот считывает данные по ней — ее состояние, как давно она доилась. Если с последней дойки прошло 5 часов — можно доить снова. Корове выдается вкусняшка. Пока она ест, аппарат промывает и массажирует ей вымя, доит корову, и, как только процедура закончилась, решетки открываются, корова выходит. Есть, конечно, хитрые коровы, которые приходят за лакомством чаще, но робот сбоев не дает: если не прошло положенных часов, доиться рано — лакомства не будет, двери откроются, корова уйдет.

Система отлажена так, что мы получаем оперативные данные по каждому животному, по ее состоянию. Более того, продолжительность жизни и продолжительность полезного использования животного на роботах больше. Потенциал животного реализуется полностью. И самое лучшее качество молока тоже тут — количество соматических клеток не доходит до 200. И людям работать проще. На 700 голов дойного стада работают в 3 смены по три человека.

— Вы продолжаете пользоваться поддержкой отраслевых министерств? На какие программы заявлялись в прошлом году, в этом?

— Самые большие субсидии на 15 миллионов рублей мы получили в январе и феврале этого года за произведенное молоко. Они выдаются перед посевными работами для покрытия животноводческих расходов на молоко. Ежегодно заявляемся на субсидию модернизации по программе «70 на 30» — очень хорошая мера поддержки! Заявок по ней всегда много, но оплачивают все, мы вот сейчас за 2022 год получаем. Планируем получить еще федеральную субсидию на строительство второй очереди фермы. За первую половину уже получили.

Без поддержки министерства сельского хозяйства и продовольствия тяжело было бы добиться хороших результатов, тем более что оказывается эта помощь уже очень давно, примерно с 2004–2005 года. С поддержкой можно и технику обновлять, и расширяться.

— Кстати, вопрос про рентабельность. На чем зарабатывает племенной завод, довольны ли вы ценами на зерновые, мясо, молоко?

— Зерно мы не можем продать даже по себестоимости, в этом году даже посеяли на 400 га меньше зерновых. По мясу тоже уходим в минус: если у бычков на откорме есть хотя бы 5% рентабельности, то мясо выбракованных коров выходит с минусовой рентабельностью в 25%. Выживаем на молоке, ежедневно продаем 50 тонн в зависимости от цены на предприятия в Чувашии и Татарстане. Сейчас цена держится — 38-39 рублей за литр с НДС, но если бы цена составляла 45 рублей, то хозяйство могло бы планировать не только повышение зарплаты, но и другие хозяйственные нужды.

«Обратного потока нет, никто не приедет сюда из города и не сядет на трактор»

— Илгиз Вильданович, давайте поговорим об отрасли. С какими сложностями сейчас сталкиваетесь, что изменилось в работе кооператива с началом СВО и введением санкций?

— Если по кормам и препаратам проблем не почувствовали, то с техникой есть сложности. Вот у нас 70–80% всей техники — импорт: доильное оборудование Lely, 6 импортных зерноуборочных комбайнов, 2 кормоуброчных, две самоходные косилки, два отечественных зерноуборочных комбайна и другая техника. Нам повезло купить все это до СВО, но пришло время, когда машины стали требовать обслуживания и запчастей. Мы очень боялись сбоев у импортных роботов-доильщиков — компания Lely ушла из России, нет никакой возможности поставить их роботов даже по параллельному импорту. Но, к счастью, ни одного дня не было, чтобы что-то с ними случилось. И сервисная компания — молодцы, не подвели: как оборудование поставили, так все работает.

Что касается комбайнов, то в целом запчасти можно найти, только везут их дольше и стоят они дороже. В среднем плюс 20–25% к прежней цене. Ремонт одного импортного комбайна стоит 700–800 тысяч в год, а у нас таких 6. Но ничего, справляемся. И новую технику из-за рубежа можно привезти. Вот недавно купили телескопический погрузчик JCB, трактор марки DEUTZ FAHR, произведенный в Казахстане, валкообразователь ленточный MERGE MAXX950.

— Расширять поголовье, строить новые помещения планируете?

— Мы уже строим два телятника, один — для телят до 2 месяцев, другой — для телят возрастом от 2 до 6 месяцев. С другой стороны, живешь, строишься каждый год, закупаешь технику, а деревня все пустеет и пустеет. В нашей школе учатся всего 70 детей, в детском саду — 35 малышей, еще 20 сидят дома с бабушками-дедушками. Перспективы, конечно, есть, но очень маленькие. Поэтому я начинаю задаваться вопросом: а для кого мы тогда все это строем? Кто будет жить и работать в деревне через 20 лет?

Хотя, казалось бы, у нас и бассейн есть, музыкальные кружки, все в районе работает, но Казань очень привлекательна для сельского жителя, и дело не только в зарплате. Пока я не знаю, как найти решение этой проблемы.

— Сколько в среднем зарабатывают работники кооператива?

— Есть говорить о вилке, то от 30 и до 75 тысяч рублей, в среднем 50 тысяч рублей. Думаю это мало, минимум 60 тысяч средняя зарплата должна быть. Если получится, до 70 дорастить — будет совсем хорошо. Есть, конечно, механизаторы и водители, которые за май получили по 100–120 тысяч рублей, но они работали на посевных, а это сезонный момент. В молочном направлении есть важный момент: цена реализации молока нестабильна, а она влияет и на заработную плату, и на дальнейшую хозяйственную деятельность сельхозпредприятия.

Сейчас наших работников переманивают в город, обещая зарплаты в 150 тысяч рублей. Ребята уходят на строительство дорог, в зимний период на чистку дорог. При этом обратного потока нет, никто не приедет сюда из города и не сядет на трактор. Мы не можем конкурировать по ценам с городом, и Казань просто вытягивает у нас людей.

В последнее время много говорят про законопроект о прогрессивной шкале НДФЛ. Считаю, что работников, занятых в сельском хозяйстве, можно освободить вообще от такого налога. Или подумать о других предложениях. Например, освободить хотя бы тех, кто зарабатывает менее 50 тысяч рублей. Или для тех, кто зарабатывает менее 70 тысяч рублей, установить НДФЛ 7%.

— Илгиз Вильданович, насколько знаю, кооператив уже многое делает для Нижней Береске… Задача все та же — чтобы село жило?

— Конечно! Уверен, что привлекательность села определяется не только зарплатой, но и условиями жизни и труда. Стараемся их улучшить: проложен асфальт, имеется централизованное водоснабжение и газоснабжение. Дороги нам сделали за счет государства, газоснабжение проводилось по республиканской программе, а водоснабжение за счет хозяйства. Мы также помогаем решить вопросы сельских детского сада и школы: если у них какие-то проблемы, нужен маленький ремонт, всегда стараемся помочь. Детский сад, например, был построен в 1991 году, уже нужно полностью строить новое здание, руководство знает о проблеме и, возможно, уже в следующем году начнется строительство. Зимой, например, своими силами обеспечиваем село техникой для очистки дорог от снега, выделяемый бюджет покрывает только половину расходов.

Многое делается хозяйством для поддержки личных подсобных хозяйств местных жителей, которые содержат по несколько голов скота, продаем корма (сено, солома, зерно) для их содержания.

«Где работа, а где личная жизнь, я уже не знаю, все смешалось»

— Илгиз Вильданович, давайте о вас. Как пришли в колхоз?

— Я всю жизнь на селе, родом из Атнинского района, родители тоже оттуда. Закончил Казанский инженерно-строительный институт по специальности «сельскохозяйственное строительство», после учебы меня направили в этот колхоз. Четыре года проработал здесь прорабом, а потом меня односельчане выбрали председателем колхоза. Мне было 27 лет. Получается, здесь я уже 34 года работаю. Где родился, там пригодился. Когда я только начинал [работу], мы получали 3,5 тонны молока ежедневно. К нам еще в 2000 году присоединили проблемный колхоз, у них удой — по полтонны молока ежедневно.

— Что, на ваш взгляд, самое сложное в вашей работе?

— Сложного вроде ничего нет. Было бы сложно — нашел бы легче работу (улыбается). Есть, конечно, свои тонкости: работать приходится круглый год, семь дней в неделю без выходных. Где работа, а где личная жизнь, я уже не знаю, все смешалось. Постоянно рядом два телефона, постоянно включены. Единственное, сейчас я уже перестал отвечать на звонок, если звонят с незнакомого номера.

— Три секрета успешной работы в сельском хозяйстве?

— Прежде всего, нужно любить и уважать своих сотрудников. Нужно всегда думать о том, что нужно твоим односельчанам, особенно когда дело касается пожилых людей. Второе — любить свою работу. Кооператив держится не на одном человеке, нужна крепкая команда. Методы моей работы, возможно, уже устарели, но я привык все пропускать через свою призму.

Третье — двигаться со временем в ногу, применять цифровизацию, вводить инновационные программы. В целом же считаю, что нужно работать так, чтобы даже после твоего ухода команда смогла спокойно работать, чтобы ферма и техника бесперебойно функционировали. А не так, что ушел — и не волнует, что там за тобой осталось. Нужно, чтобы за тобой осталась история.

Не сомневаюсь, хозяйство, которое я возглавляю, и в будущем будет добиваться хороших успехов на благо района, республики и страны в целом, потому что у него есть стремление расти и развиваться.

— Большое спасибо за откровенное и увлекательное интервью! Желаем успехов!

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Евгения ИвановаЗемфира Тухфатуллова

БИЗНЕС Online

Следите за самым важным и интересным в Telegram-каналеТатмедиа


Оставляйте реакции

1

0

0

0

0

К сожалению, реакцию можно поставить не более одного раза :(
Мы работаем над улучшением нашего сервиса

Нет комментариев